Проверено редакцией
Кажется, эти двое существовали в параллельных вселенных: один снимал «Зеркало» и «Сталкера», другой — «Кавказскую пленницу» и «Ивана Васильевича». Но однажды их дороги пересеклись — в коридоре «Мосфильма», на обсуждении «Бриллиантовой руки». Хватило одной фразы, чтобы Гайдай, по воспоминаниям очевидцев, не простил коллегу до конца жизни.
Источник фото: Legion-Media
Один худсовет, одна песенка
История дошла до нас в пересказе режиссёра Сергея Соловьёва — он поделился ею в интервью 2016 года. Конец 1968-го, худсовет принимает почти готовую «Бриллиантовую руку». Тарковский, редкий гость подобных заседаний, заходит на обсуждение, берёт слово и спрашивает Гайдая: сколько куплетов в песенке, которую поёт Андрей Миронов? Речь про «Остров невезения». Гайдай растерянно отвечает, что точно не помнит — кажется, около трёх. Совет Тарковского: отрезать два последних.
«Лёня, ну это скучновато», — протянул Тарковский, если верить пересказу Соловьёва.
Гайдай остолбенел.
Почему это было так больно
Контекст делает укол вдвойне обидным: «Остров невезения» и без того висел на волоске. Худсовет считал номер «вставным» и не связанным с сюжетом, а в строчках вроде «остров невезения» искали сомнительные намёки на советский строй.
Эльдар Рязанов на том же обсуждении и вовсе предлагал песню вырезать — заодно сомневаясь, что Лёлика должен играть Анатолий Папанов. Гайдай с боем отстоял и песню, и актёра.
Совет «сократить» номер, который режиссёр только что вырвал у цензоров, прозвучал не как замечание коллеги — а как приговор сверху вниз.
Куплеты, к слову, Гайдай так и не отрезал: песня Александра Зацепина на слова Леонида Дербенёва вошла в фильм целиком и стала классикой.
Вражда или холодная неприязнь?
Открытой войны не случилось — случилось взаимное вычёркивание. Гайдай, известный своим строптивым нравом, вёл настоящий «чёрный список» людей, с которыми не желал иметь дела, — и Тарковский, судя по рассказам близких, туда попал. Тарковский же не считал автора «народных комедий» мастером серьёзного кино и его картины попросту игнорировал.
Что рассудило время
Итог у спора вышел ничейный: Тарковскому — Канны и вечность в учебниках, Гайдаю — 76,7 миллиона зрителей «Бриллиантовой руки» только за первый год проката и цитаты, которые страна повторяет до сих пор.
По суммарной аудитории своих фильмов Гайдай остаётся самым кассовым режиссёром советского кино. А «скучноватая песенка» — та самая, целиком, со всеми куплетами — звучит уже 58 лет.